
Flickr Фарерские Острова: Skála. Skaale, Sydra Eysturoy, Faroe Islands, Faroe Islands Взято отсюда



Господин Торвальдс на саммите Open Source Leadership 2017 рассказал об особенностях работы над его операционной системой и о том, что он больше всего ценит в технологических проектах. "Ъ" приводит выдержки из его выступления.
Об инновациях
Я искренне верю, что любой технологический проект состоит на 99% из усердной работы и только на 1% из вдохновения. Инновации, о которых так много говорят в этой отрасли,- чушь собачья. Любой может создать что-то новое. Нечего преувеличивать значение выражения "думать иначе", нечего преувеличивать "инновационное мышление"... ну их на хрен! Это все пустые слова. 99% любого успеха - это выполненная работа.
Мне практически скучно от того, насколько хорошо все работает. Все по-настоящему стрессовые ситуации для меня были связаны с процессом, а не с кодом. Когда не работает код - это даже может будоражить тебя... Но проблемы с процессом - это заноза в заднице. Вам никогда не захочется иметь проблемы с рабочим процессом. Вот когда люди начинают злиться друг на друга".О рабочем процессе
Linux - это крупнейший проект, который потребовал написания наибольшего объема кода. Мы занимались этим в течение 25 лет, и одной проблемой, с который мы столкнулись, было то, что люди постоянно наступали друг другу на пятки. И чтобы решить ее раз и навсегда... мы создали ядро таким образом, чтобы люди могли работать на любом уровне независимо друг от друга... И со стороны виден огромный поток обновлений. Об этом говорит и статистика. Но если вы присмотритесь к конкретному фрагменту кода, то его развитие совсем не обязательно будет быстрым. Этот процесс может занять месяцы, и даже годы
Linux - это что-то типа искусства, и то, что мы делаем, может не иметь никакого смысла при прочих обстоятельствах. Один тот факт, что мы не можем сидеть друг напротив друга, заставляет нас работать по-другому. Но это не значит, что это сработает в любой другой компании

Особенность нетрадиционных ориентаций
Людям нетрадиционных сексуальных и пищевых ориентаций живется нелегко, потому что в их жизни не хватает того, что задумала природа.
Лишив себя радостей жизни, люди тут же начинают окружать себя бутафориями этих радостей.
...И они неизбежно создают и распределяют роли: один - муж, второй - жена. Один много плачет, другой мало говорит.
Так же приходится страдать и вегетарианцам (а особенно - внеконкурсным мудакам веганам). Так как мясо есть нельзя, из листьев много еды не напридумываешь. Поэтому вегетарианские меню содержат блюда, названиями напоминающие нормальную еду, только составленные из растительной шняги:
Котлеты капустные
Стейк-гриль из тофу
Бургер с луком и грибами
Шашлык фруктовый
Колбаса соевая
и т. д.
Миндальное молоко, блять! Ну раз ты делаешь что-то из миндаля, то почему оно должно быть белым и похожим на питательную жидкость, вырабатываемую молочными железами самок млекопитающих? Пусть оно будет розовое с запахом моря!
Казалось бы - ну раз ты вегетарианец, так и ешь траву свою, хули имитировать нормальную еду?
А потому что питарасы.
Закавказские магазинные и ресторанные работники играют в нынешней России ту роль, какую в старой России играли опытные, ловкие выходцы из деревень, составлявшие целые гильдии половых и приказчиков, извозчиков и швейцаров, и, главное, мелких купцов со своими лавками.
Та, прежняя Россия - из Гиляровского и Ивана Шмелева, - это теперь Закавказье.
И любое армянское или азербайджанское заведение - которое сделано не вчера, не в качестве дрянной сети для случайных менеджеров, а сравнительно давно, и там сидят вовсе не менеджеры, а пожилые мафиози или опасные ребята в спортивных костюмах и с бородой без усов, - это и есть единственный оставшийся нам аналог русского трактира, того самого, где "чего изволите-с" и "не извольте сумлеваться, в лучшем виде подадим-с".
И никаких тебе крохотных кусочков еды на огромных тарелках, безумных "хлебных корзин" за триста рублей, которые надо полчаса "разогревать", тошнотворного "стильного дизайна" и бессмысленных девочек, уверенных в том, что они - временно подзадержавшиеся здесь звезды Первого канала.
Только мясо, лаваш, зелень и понимающие улыбки немолодых мужиков, которые, может быть, еще самому Деду Хасану на стол подавали.
Но ведь не только же рестораны.
Около моего дома - четыре магазина. Из них три - условно "русские", а один - закавказский.
И это, конечно, небо и земля.
В русском магазине ты - никто. Тебя просто нет. Продавщицы смотрят буквально сквозь тебя, и тебе даже в бреду не придет в голову обратиться к ним с какими-нибудь "капризными пожеланиями".
Ясно же, что перед тобой - не настоящие торговцы, те, которые в лавках расхваливают свои товары и ловят покупателей, угождая их вкусам, а усталые, несчастные люди, замордованные своей трудной жизнью, бедностью, пьющими мужьями, долгими сменами и дальними дорогами.
Когда ты приходишь в русский магазин, тебе стыдно за то, что ты туда вообще пришел.
Отнял у людей их последние, может быть, силы, которые они потратили на обслуживание тебя - вместо того, чтобы выдохнуть и посмотреть телевизор.
А в закавказском магазине - совсем другой мир.
Там почему-то не стыдно, что ты пришел.
Там - уже буквально со второго раза тебя узнают, и здороваются, и смеются, и помнят, что ты у них покупал, и всем своим видом показывает, как они довольны, что ты купил на эти свои жалкие триста рублей что-то именно у них, и хотят, чтобы ты еще пришел, оченно рады вас видеть, Парфен Макарыч.
А я, знаете ли, люблю шоколадные вафли.
Обычные такие вафли - их на вес продают, но продают редко.
И вот я - ну совершенно уже ошалев от армянской (или, может быть, азербайджанской? в кои-то веки неважно) вежливости и услужливости, тяну им мечтательное:
- А нет ли у вас вафлей шоколадных? Ну, таких... как бы вам объяснить... эх! Жаль, жаль, обязательно надо, чтобы вы такие - (не могу, правда, им рассказать, какие именно), - вафли продавали, а я к вам за ними приду.
И что же вы думаете.
Захожу - а они зовут меня в кондитерский отдел, и показывают те самые вафли, о которых я путано говорил.
Они запомнили и нашли.
Но если бы я был глуп, если бы я был либерал, я бы свел это рассуждение - к обвинению.
Ну, как "у них" принято: закавказские народы, мол, хорошие, а мы плохие.
От них одна польза, а что от нас?
К счастью, я давно разучился так думать.
Советская власть - эта страшная воронка, поглотившая все частное, все отдельное, все собственное в русской жизни, - буквально убила в нашем человеке способности к сервису и торговле.
Выжгла эти таланты и выморила их обладателей, полностью заменив мир лавок, рынков, трактиров, ремесел, хозяев, ярмарок и услуг - унифицированной вселенной завода, райкома и казармы.
От этого проклятия, от этого обвала и сведения всего вообще разнообразия бытия к производству танков, - мы не отошли до сих пор.
Уже и танк заржавел, и завод приватизировали, и райком сначала закрыли, а потом снова открыли, но уже фуфлыжный, поддельный, - а русский человек так и не может уже стать настоящим торговцем, купцом, продавцом, официантом.
"План" убил "дело".
Потом план исчез, а дело все равно не появилось.
Вместо него - хлебная корзина за триста рублей, да и той нету, потому что она "разогревается, ждите".
А Закавказье, которое Советская власть не убила, которое она любила, и за которым ухаживала, - осталось.
И мы заходим в их магазины и рестораны, и видим все то, что когда-то умели мы, что было когда-то русским, - и что теперь умеют только они.
Спасибо им.
Но нашей власти и нашей жизни - по-прежнему советской в высшем каком-то смысле, - нет, не спасибо.
Как правильно ждать маршрутку, чтобы не попасть под закон о несанкционированных митингах.

Взято отсюда

На этой картинке нет ни одного красного пикселя. Можете проверить «пипеткой» в редакторе — они все серые с разной интенсивностью :)
А вот голубой заполняющий цвет — действительно голубой, и именно на его фоне мы воспринимаем серые точки, как красные.

Об этом говорится в сообщении пресс-службы городского суда.
По словам заявительницы, в день приема заявлений в первые классы школы №48 в здании появилась частная охрана, нанятая группой родителей будущих первоклассников. Охранники отказались пускать родителей, которые ждали в школе в день приема, а пропускали только лиц из своего списка — якобы очередь занимали в социальных сетях. Из-за этого женщина не смогла записать свою дочь в первый класс. Мать девочки обратилась в Петрозаводский городской суд с требованием отменить результаты набора детей в первые классы на 2017-2018 учебный год. Судья назначила заседание на 14 марта.
Как сообщает сайт «Петрозаводск говорит», родители будущих первоклассников с декабря 2016 года каждый вечер дежурят у школ, чтобы не пропустить свое место в списке. Администрация Петрозаводска предложила вернуть запись в школы по месту жительства.
Об очередях на запись в первый класс сообщали в разных городах России. В Екатеринбурге родители всю ночь стояли у элитных гимназий, передает Ura.ru. В Новосибирске очередь стояла почти сутки, пишет «Комсомольская правда». В Нижнем Новгороде избили отца будущего первоклассника: мужчину госпитализировали с черепно-мозговой травмой, сообщал «АиФ».
Взято отсюда
Если вы:
— ездите на русской машине;
— обнаружили, что не работают подушки безопасности в вашей приличной машине;
— поймали шахид-такси.
Это приложение — то, что вам необходимо!
ИКОНКИ — универсальная замена подушек безопасности.
Функции:
— Церковные песнопения по касанию экрана;
— Горизонтальная и вертикальная иконы;
— Простой включаемый/отключаемый спидометр;
— «Господу помолимся» при превышении скорости в 60 км/ч.
https://play.google.com/store/apps/details?id=com.vemind.ikonki
Взято отсюда
Я всегда завидовал людям, которые умеют жить.
Нет, не существовать как-нибудь, а именно жить - с толком, с чувством, с напором, с уверенностью и готовностью наступать, побеждать, а потом праздновать свою победу.
Так называемым трэвел-блоггерам, которые носятся по всему миру и щелкают, щелкают тысячи фотографий с какими-нибудь африканскими туземцами, джунглями и далекими нищими городами.
Веселым тетям и дядям, которые любят прыгать, бегать, падать, крутиться, носиться, стоять на голове, ездить на досках со сложными названиями, нырять и летать. Кажется, это называется спорт.
Карьеристам, умеющим завязывать галстуки, высиживать на совещаниях, интриговать, аккуратно готовить бумажки, а потом получать должности и страшно важничать, гордясь ими. Боже, у них есть наручные часы. И портфели.
Болтунам, которым не жалко многих часов и дней, когда они стоят в пробках, и для того только, чтобы доехать до телевизора - и там, в аду, среди ора и злобы, выкрикнуть пару слов про киевскую хунту, НАТО и Сталина.
Женихам, которые могут размашисто, безоглядно влюбляться, иметь успех, ссориться и мириться, а потом праздновать свадьбы, делать детей и заниматься детьми, а иногда не заниматься, а бежать дальше влюбляться, снова жениться и делать еще детей.
Тусовщикам - тем, кто разбирается в ресторанах и магазинах, гостиницах, пляжах, автомобилях, штанах, пиджаках, украшениях, винах, гастропабах, фудмаркетах, словом, всем тем, кто умеет быть милым, всем нравиться и везде бывать.
Суровым мужикам, которые вечно строят, ремонтируют, приводят в порядок, копают, стреляют, охотятся и сплавляются по горным рекам, ездят на мотоцикле, на джипе, на танке, а потом сидят и курят, и вид у них опытный и усталый.
И просто каждому человеку, который страстно хочет чего-нибудь - и умеет добиться. Умеет жить.
А я не умею.
Я сразу вижу во всем, чему завидую, тягостную и тоскливую бессмыслицу, а когда вижу, то думаю: да ну.
Не нужны мне все эти фотографии, доски, галстуки, свадьбы, фудмаркеты, пробки, мотоциклы, наручные часы и киевская хунта.
Мне нужно только само это чувство.
Само умение жить, а не существовать как-нибудь.
И было время, когда я искал его, когда бормотал: ау! але? умение жить, где же ты? Под какую кровать ты залезло - и какой шваброй тебя доставать?
А потом махнул рукой и прекратил поиски.
