Ольшанский 2015-12-16

 2015-12-17 18:22:22

Чем, собственно, плоха наша власть?
По-настоящему плоха - не для экзотических групп многонациональной интеллигенции, а буквально для всех.
Разумеется, прежде всего тем, что она постоянно что-то сокращает, закрывает, "поднимает цены до уровня мировых", тщательно ликвидирует любые бесплатные или дешевые возможности сделать или купить что-то полезное, держит кредитную ставку на уровне поближе к потолку, придумывает все новые и новые налоги, в общем, делает все, чтобы людишки платили, платили и платили.
Этакий русский гостэтчеризм - с чиновником вместо лондонского брокера в качестве рэндовского "Атланта".
И вот, читаю я интервью Ходорковского на РБК.
А там его спрашивают: с кем из деятелей нынешнего режима он бы работал, случись революция, "Россия без Путина" и все в этом роде. И Ходорковский говорит: ну конечно, есть Кудрин, есть Греф, Улюкаев, Набиуллина, они прекрасные специалисты, профессионалы, уверен, они пригодятся "свободным" властям и тэ пэ.
То есть человек выступил в жанре:
" - Я хочу свергнуть Гитлера! Я антифашист!
- О, чудесно. Скажите, а кого вы видите в составе немецкого правительства после свержения Гитлера? И какой вы видите себе новую свободную Германию?
- Ну как же, есть Гиммлер, есть Борман, есть Эйхман, они прекрасные специалисты, профессионалы. Уверен, мы с ними сработаемся. Кроме того, в антифашистской Германии обязательно будут эффективно работать газовые камеры. Бесперебойная работа газовых камер - ключ к победе над фашизмом!"

Спасибо, не надо.

отсюда

Ольшанский 2015-12-16

 2015-12-16 20:02:20

Завершая изрядно взволновавший общественность феминистический сюжет, хотелось бы сообщить, что радикальный феминизм - пакость ничуть не меньшая, чем любая евразийская патриархальность.
По сути, это тот же самый ИГИЛ, но вид "слева", а не "справа".
У радикальных феминисток, как и у домостроевцев-шариатчиков, речь идет не о равенстве, а о господстве - но если домостроевцы-шариатчики утверждают господство через "священные традиции" и "вековые принципы духовности", то радикальные феминистки, как и все остальные левые секты, через "компенсацию векового угнетения и эксплуатации", через статус жертвы-победительницы, которой все и навсегда должны.
Впервые эту схему обозначила так называемая "борьба с антисемитизмом", ну а дальше в открытую дверь ломанулись все подряд: борцы с "ксенофобией и расизмом", борцы с москалями во имя Голодомора и далее по списку.
А сама схема всегда одна и та же: мужчина - нацист, женщина - еврей, отношения полов - Холокост, равенство не нужно, а нужна борьба, которая, совершенно как у товарища Сталина, "только обостряется по мере приближения к социализму", и задача женщины - проявлять бдительность (опять же привет товарищу Сталину) и разоблачать проявления "сексизма" и "объективизации".
На практике же это значит: хотим цензуру.
Хотим запрещать.
И радикальные феминистки, вместе с родственными им борцами против расизма и антисемитизма, хотят запретов ничуть не меньше, чем домостроевцы-шариатчики.
Запретим неправильные шутки, запретим неправильные взгляды, термины "унижающие" запретим, запретим неправильные книги, мысли и слова, запретим стриптиз, запретим порно, запретим ходить в бордели, запретим все, что кажется нам оскорбляющим наши чувства, а наши чувства оскорбляет практически все.
По-моему, левацкие скрепы так же тошнотворны, как и консервативные скрепы.
Как бы сделать так, чтобы сторонники цензуры слева и сторонники цензуры справа обнялись, поцеловались и вместе ушли в том направлении, точно обозначить которое я опять же не могу по цензурным причинам?
Но вы ведь знаете, что это за направление.
Так пусть они туда вместе сходят.
И не возвращаются никогда.

отсюда

Британский суд снял обвинения в изнасиловании с саудовского миллионера, который пояснил суду, что он просто поскользнулся, случайно упал и попал членом в 18-летнюю девушку

 2015-12-16 19:54:57
Обвинения с саудовского миллионера были сняты после его утверждения, что он случайно поскользнулся и членом попал в 18-летнюю девушку.

Застройщик Эхсан Абдулазиз, 46 лет отроду, был обвинен в принуждении к сексу молодой девушкой - она отсыпалась после ночной пьянки на плюшевом диване в его квартире на Майда-Вейл в западном Лондоне.

Мужчина занимался сексом с ее 24-летней девушкой и случайно упал членом, который выпирал из-под нижнего белья на 18-летнюю девушку, которая была ее подругой.

Обвинения с господина Абдулазиз были сняты по одному из пунктов обвинения в результате разбирательств в суде Southwark Crown Court.

Женщины познакомились с Абдулазизом в эксклюзивном ночном клубе Cirque le Soir в Вест-Энде 7 августа прошлого года

Г-н Абдулазиз был знаком с 24-летней девушкой примерно семь месяцев, он пригласил ее и ее 18-летнюю подругу присоединиться к нему за частным столиком стоимостью более £1,000 и оплатил им выпивку.

После он повез их к себе домой на своем Aston Martin, предложил девушкам водки...

p.s. / Не могу дальше переводить, ржу...
(http://www.dailymail.co.u...) Взято отсюда

Самый простой, быстрый, наглядный способ показать разницу

 2015-12-16 16:44:29

https://tvrain.ru/news/arbat-400186/

Вот Госсекретарь США Джон Керри, глава ГосДепа, поговорил с Лавровым о чём–то очень важном для России и США.

Ему бы сесть в бронированный лимузин и уехать в окружении мотоциклистов, и чтобы предварительно перекрыли дороги. Натаскивают же наши медиа людей на ненависть к США. Оно и понятно было бы — безопастность, куда уж без неё.

Не побоялся, и, что куда важнее, не посчитал чем–то неуместным.
Вот она какая, другая модель взаимоотношений общества и власти.

Ну как ещё нагляднее показать разницу?

Написал sunny_ на politota.dirty.ru / комментировать

Взято отсюда

Ольшанский 2015-12-15

 2015-12-16 01:44:01

Исключительно талантливый, но не очень умный человек Гребенщиков восхищенно цитирует у себя в ф-буке плохого режиссера Вырыпаева со следующими рассуждениями:

"В современном обществе для мужчины кажется абсолютно нормальным состоянием быть несчастным. Мужчины даже не осознают того факта, что они действительно позволяют себе жаловаться на жизнь. Современный мужчина может сказать, – я чувствую себя потерянным. Современный мужчина позволяет себе стонать и жаловаться на свое здоровье. Он действительно признает себя больным. Современный мужчина может сказать, – я себя плохо чувствую, современный мужчина может сказать, – я устал, я потерял смысл в жизни, мне трудно. Современный мужчина действительно очень часто стал повторять, что ему трудно. Мужчины сегодня считают это нормальным - быть несчастным и жаловаться на жизнь. Мужчины сегодня считают приемлемым говорить – я боюсь. Современный мужчина не стыдится страха. Мужчины стали считать страх нормальным состоянием для жизни. Для современных мужчин стало абсолютно нормальным болеть, быть слабыми, быть капризными и несобранными. Потому что современный мужчина уверен, что он так устроен, что так вообще устроен человек".

Абсолютно варварская философия.
Именно из-за этой философии, вбиваемой в мужские головы так называемым "настоящим мужским воспитанием", - мужчины и мрут как мухи.
Пахал, пахал, пахал, не жаловался, молчал, терпел, не болел, не болел, не жаловался, не уставал, литр водяры в себя молча заливал для расслабона, потом опять пахал, опять молчал, опять терпел, я ж мужик, я ж мужик, я ж мужик, - а потом брык! - инфаркт, еще инфаркт, и в могилу.
Зато молчал, а не как эти, нытики которые, тьфу.
Зато мужик как надо мужик.
Отпахал как надо мужику - и в могилу.

Выбросьте эту позорную чушь в мусор.
Конечно, надо жаловаться.
Конечно, надо признаваться себе и другим - и в потерянности, и в страхе, и в болезнях, и в отсутствии смысла, и в том, что тебе трудно.
Конечно, надо обсуждать это - и с женщиной, и с друзьями, и с родителями, и с психотерапевтом, если будет нужно.
Конечно, не надо бояться быть и слабым, и больным, и несчастным, таким, какой вы и есть.
И это не значит, что кто-либо - хоть мужик, хоть ребенок, хоть женщина, хоть рептилоид, - должен специально капризничать и специально портить жизнь окружающим. Нет.
Но "быть настоящим мужиком" - это могила.
Самим собой надо быть, а не "мужиком".

отсюда

Sen. Ted Cruz wants minimum H-1B wage of $110,000

 2015-12-15 17:28:09

U.S. Sen. Ted Cruz (R-Texas), who is seeking the Republican presidential nomination, has morphed from a vocal supporter of the H-1B program to a leading critic of it. He has done so in a new H-1B reform bill designed to raise the cost of hiring temporary visa workers.

This bill, released late Thursday, sets a minimum wage of $110,000 for H-1B workers, who currently can be paid well less than half that amount in some U.S. regions under prevailing wage rules. This base salary will adjust annually for inflation.

The legislative intent is to do more "to prevent employers from using the program to replace hard-working American men and woman with cheaper foreign labor," said Cruz, in a statement. The bill is co-sponsored by U.S. Sen. Jeff Sessions (R-Ala.), the chair of the Senate immigration subcommittee.

To read this article in full or to leave a comment, please click here

Взято отсюда

Ольшанский 2015-12-14

 2015-12-15 04:03:44

Читал в "Афише" интервью с женщинами, которых били бойфренды или мужья.
Впечатления тяжелые.
Нет, не от поведения бойфрендов или мужей - агрессивные животные ведут себя по-своему логично, без намордника их нельзя к людям выпускать, привет, я питбультерьер, выходи за меня замуж, - а от самих этих женщин.
Бедные девочки не понимают в жизни кое-что очень важное.
Дело в том, что все они - жертвы патриархальной модели отношений, но им кажется, что патриархальность это одно, а насилие - совсем другое.
Им кажется, что "надо срочно выйти замуж", "за ним как за каменной стеной", "он меня так ревновал", "он меня хотел от всех защищать", "я во всем его слушалась", "я надеялась, что наутро он извинится", "я полностью растворилась в этих отношениях", - это хорошо, а внезапный удар лицом об стену - это внезапное, нежданное несчастье.
А ведь хотеть патриархальности без насилия - это все равно что поехать в Саудовскую Аравию и первым делом пойти искать винный магазин и стриптиз-бар.
Насилие - позвоночник патриархальности. И человек, желающий быть объектом патриархальной заботы, легко превращается в ее жертву - когда допустит "ошибку", ну или когда у "патриарха" испортится настроение.
Другое дело - и это вполне очевидно, но "для тупых проговорим", - что девочки все равно ни в чем не виноваты.
Ложными представлениями об опеке и ревности, о "каменных стенах" и "защите", о "растворении в отношениях" и далее по списку, - им, извините, насрали в голову родители, школа, подружки, масскульт.
И они послушно воспроизводят ту единственную модель, которую знают - и это в нашей уже, слава Богу, свободной стране, где если ты женщина, и тебе никто не испортил голову, то у тебя есть сто путей в жизни, и тебе никто ничего не запретит, не в Пакистане живем.
Сплошная, в общем, печаль, а разгадка одна: надо учить детей феминизму.
Думаю, в следующем поколении сие и буди, буди.

отсюда

Какой язык самый сложный?

 2015-12-14 08:02:30

Теория информации помогла лингвистам ответить на вопросы, которые ранее считались некорректными

У нас существуют субъективные представления о сложности языков. Если спросить человека на улице, какие языки самые сложные, то, скорее всего, получим в ответ стандартный набор: китайский, японский, арабский. В первую очередь такой ответ обусловлен тем, что это языки с непривычной нам письменностью. Но это малоинтересно лингвисту, потому что письменность по отношению к устному языку вторична.

Кроме того, стереотипы о сложности языков часто связаны с представлениями о том, что языки, близкородственные нашему — простые, а далекие от него — сложные. Например, носитель русского языка будет считать, что сербский язык — это очень просто, а эстонский язык — это очень сложно. Но финнам, для которых эстонский язык является близкородственным, потому что это тоже один из финно-угорских языков, он наоборот покажется простым, а сербский — сложным.

Однако лингвистическое изучение языковой сложности ставит перед собой задачу найти объективные критерии. Данная область науки начала активно развиваться только в последние 20-25 лет. Раньше же лингвисты просто принимали за аксиому мнение, что все языки имеют равную сложность. В каком-то смысле это было полезно, потому что позволяло не превозносить одни языки над другими, то есть не выносить ценностных суждений.

Как измерять сложность, не вполне понятно. И здесь лингвистика пользуется идеями, которые пришли из теории информации. Отечественный математик Андрей Николаевич Колмогоров ввел формальное определение сложности (так называемая колмогоровская сложность).

Сложность некоторого объекта — это длина наиболее экономного описания этого объекта на каком-то формализованном языке.

Например, если у нас есть последовательность символов АББВАББВБВБАБА, то эту последовательность никак экономно описать нельзя. Если у нас есть последовательность АБАБАБАБАБАБ, она описывается так: АБ х 6. И, соответственно, первая последовательность сложная, вторая — более простая. Но к реальности это плохо применимо, и приходится искать какие-то корреляты языковой сложности, которые можно измерить, чтобы вычислить, какие языки все-таки сложнее, а какие проще.

Таких коррелятов сложности можно найти довольно много. Во-первых, это разнообразие элементов. Например, если в одном языке 8 согласных, а в другом — 60, то очевидно, что первый язык по системе согласных проще, чем второй. Во-вторых, важная вещь — это невзаимнооднозначное соответствие между формой и значением на уровне грамматики. Например, если одна и та же форма в некотором языке образуется десятью разными способами, то это сложнее, чем если эта форма образуется только одним способом. Скажем, в английском языке множественное число у 99% существительных образуется при помощи одного и того же окончания -s, а в немецком  имеется несколько моделей склонения: например, Turm «башня» во множественном числе выглядит как Türme, а Wurm «червяк» — как Würmer, и эту разницу никак не объяснить.

Еще один коррелят сложности — это невзаимнооднозначность соответствия между формой и значением на уровне текста, то есть, если одно и то же значение выражается в тексте несколько раз. Скажем, как устроено в языках согласование. Если мы возьмем по-английски словосочетание «новый компьютер», оно выглядит как the new computer, а «новые компьютеры» — the new computers. Здесь множественное число выражается один раз в окончании существительного. А в русском языке значение множественного числа выражается два раза: и в окончании прилагательного, и в окончании существительного. То есть русский язык в этом отношении сложнее английского, потому что в нем нет взаимнооднозначного соответствия между значением множественного числа и его выражением в тексте. 

Зачем все это нужно? Ведь язык — это продукт эволюции, ему уже примерно 100 000 лет, и если бы это все были какие-то избыточные переусложнения, то они бы уже давно устранились.

Но этого не происходит, потому что языковая сложность бывает так или иначе выгодна либо говорящему, либо слушающему, либо им обоим.

Например, разнообразие элементов позволяет продуцировать более короткие тексты. Скажем, если в языке 8 согласных, то в нем слова в среднем будут длиннее, чем в языке, в котором 60 согласных. А согласование создает избыточность, которая выгодна слушающему: если он не расслышал окончание существительного, окончание прилагательного поможет ему понять, какое число имелось в виду.

Общепризнанная количественная мера сложности пока не выработана. Обычно берут разные параметры: количество звуков, количество падежей, количество глагольных времен и так далее — и пытаются найти меру, которая все это учтет. Шкалы такого рода обычно позволяют довольно легко (поскольку данные про количество звуков, падежей и глагольных времен уже собраны) хотя бы в первом приближении понять, какие языки проще, какие сложнее. А иногда сложность пытаются мерить по текстам. 

Интересный метод предложил в 1998 году американский исследователь Патрик Юола. Поскольку к оценке колмогоровской сложности хорошо приближаются программы-архиваторы, он предложил пропустить через архиватор переводы одного и того же текста на несколько языков (проделав над ними небольшие преобразования) и сравнить результаты. Языков в его выборке было шесть, и рейтинг сложности получился такой: маори < английский < нидерландский < французский < русский < финский.

Но упорядоченный по сложности список языков не самоцель. Интереснее скоррелировать сложность с другими параметрами. Недавние исследования, например работы британца Питера Традгилла, показывают, что абсолютная сложность языка очень тесно связана с ситуацией бытования этого языка, с социолингвистикой. Оказалось, что более простые языки — это обычно языки с бОльшим количеством носителей, языки международного общения, а вот более сложные языки — это как раз языки, круг носителей которых ограничен. 

Когда лингвисты попытались понять, с чем это может быть связано, было высказано такое предположение: широко распространенные языки, например английский, многими людьми изучаются уже во взрослом возрасте.

Естественно, эти люди что-то недовыучивают, потому что сложные языковые явления взрослыми обычно усваиваются плохо.

И вот если такие взрослые передают выученный язык своим детям, то он будет передаваться уже в некоторой упрощенной форме. Именно так, по-видимому, происходило и происходит упрощение крупных языков межнационального общения.

Взято отсюда